Почему могут спускать колеса авто смотрите тут kamael.com.ua
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru

Алексей айги представит на Берлинале три фильма

фoтo: из личнoгo aрxивa

В укaзaнный спeциaльный пoкaз «мoлoдoгo Кaрлa Мaрксa» Рaуль Пeк (Фрaнция—Гeрмaния—Бeльгия). Дoкумeнтaльныe изoбрaжeния тoй жe высoты, «я нe нeгр» (Фрaнция, СШA) учaствуют в «пaнoрaмe». Oнa тaкжe былa нoминирoвaнa нa прeмию «Oскaр» в нoминaции «Лучший дoкумeнтaльный фильм». Рaуль Пeк рoдoм из Гaити, в 90‑e гoды был министрoм культуры в свoeй стрaнe. Oнa oснoвaнa нa фильмe неоконченный роман», помните этот дом,» черные писатель Джеймс Болдуин. Третья картина Алексея айги в берлинском списке — «Андрей-голос вина» Марк Челищев — актер, продюсер, Режиссер и пра-пра-внук легендарного винодела. «Отцом Калифорнийского вина» Андре tchelistcheff после Октябрьской революции 1917 года покинул Россию в Европе, а затем в США. Картина «Андрей — голос вина» входит в кулинарной программе Берлинале. После показа зрители смогут отведать блюда Себастьян Франк — шеф-повар ресторана Берлин, увенчанный двумя звездами Мишлен.

«Я думал, что режиссер не напрямую перевести на язык звуков»

— Двух фильмов из программы Берлинале, сделал тот же Режиссер Рауль Пек. Судьба свела вас?

— Рауль Пек много работаю во Франции, я тоже. Вот где мы встретились. Он искал композитора для сериала «школа власти» — поколение политиков, Олланд и Саркози. Я раньше работал вместе со своим другом и соавтором, очень известный писатель и Режиссер Паскаль комплимент, который работал с Андре téchiné, Риветто Жак. Паскаль и я могу рекомендовать. Мы встретились с Раулем, говорит, и с тех пор работали вместе в шестом фильме. Все его картины острой политической направленности.

И он живет во Франции?

Скорее всего, какой-то глуши. Он много ездит, стреляет и в Америке и в Европе. ПЭК — Президент французской киношколы в La Femis, и, на мой взгляд, первого иностранца на этом посту за всю историю самой престижной французской киношколе. Во время подготовки к фильму «молодой Маркс» он был занят в течение длительного времени, многих лет писал сценарий с Паскалем комплимент. Так долго искала Финансы, как обычно. Фильм был снят на трех языках, французском, немецком, английском. И все актеры были свободно говорит на трех языках, как и их герои. Это совместное производство между Францией, Германией и Бельгией. На самом деле он снимался в основном в Германии, немного во Франции и Бельгии. Главные роли играют немецкие актеры.

— Аугуст Диль связан с Джейкобом снижения, который работал на Александра Миндадзе в фильме «милый Ханс, дорогой Петр»?

— Это его брат. И он находится в Германии, большая звезда. Снимался кстати, Тарантино в «бесславных Ублюдках».

— «Я не негр» Пек получил «Оскар» в категории «Лучший документальный фильм». Прав человека фильм про черных людей?

Этот фильм основан на и не дочитал книгу Джеймс Болдуин о трех борцов за права чернокожих — Мартин Лютер Кинг, Малкольм X и Медгара Eversa. И фильм и книга коснуться расовые проблемы Америки. В русском языке, который вышел совсем немного: роман «другая страна», который был опубликован в советское время.

— Сэмюэл л. Джексон произносит эту сказку?

— Да, он читает текст от автора.

— Но есть разница в работе композитора для художественных и документальных? Или это неактуально?

— Нет никакой принципиальной разницы. Есть картинка, а задача композитора для написания его музыки. В документальном фильме, наверное, надо учитывать еще звук фильма. Документальная фотография имеет свой собственный звук, обычно более шумные, записанный, особенно на исторические документы. Ну, период времени нужно пройти более точно.

— Как вас судьба привела марка Лукомский?

Он приехал в Москву искать новости о его двоюродных братьев и сестер, деда, Андрея Челышева, и в то же время спросил: «Кто лучший композитор?» Мои друзья посоветовали мне (смеется), и знак был найден. Однако, эта работа была начата в 2013 году. Марк не почивать на лаврах, решили перемонтировать картину, и попросил меня закончить музыкальную. Так что работу, которую мы проводили в ноябре 2016 года.

— Вам предоставлена полная свобода, или фильм музыки, которые будут использоваться, потому что направлено вокруг головы?

— Если директор был лидером во всем, конечно, он сам будет сочинять. Но сделать это он должен кому-то, кто сделает это за него. Думал, что режиссер не напрямую перевести на язык звуков. Это всегда очень абстрактно, литературный, конечно, это только попытка вдохновить композитора. Отношения с Советом директоров формируется по-разному. Кто-то, кто-то тщательно объясняет, что он конкретно должен, и вмешаться в процесс написания музыки. Я не считаю мое заявление о приеме на работу. Это очень интересный вид творчества, и в определенных пределах, только чтобы найти неожиданные идеи. Ну, из-за различных проблем, которые возникают в процессе создания фильма, я всегда пишу новую музыку. «Орда» Андрея Прошкина, например, работал с экзотическими монгольские инструменты, на снимке, «я не негр» мы «выкинули» в джазовом звучании.

Режиссеры, наверное, профан в музыке?

— Да, есть композиторы — профаны в музыке. В Российской киноиндустрии, что не слышит. Нет ничего плохого с ним, режиссеров и продюсеров в некоторые вещи не понимаю. Они не обязаны быть экспертами в музыке. Важной общей культуры, чтобы понять, что это работа композитора, и умение объяснить, что ваш желаемый стиль может быть, рассказать какие инструменты мы хотим играть в тему. Но иногда это не нужно. Важно знать, чего вы хотите достичь, и композитор, вы поймете.

— Почему вы должны всегда работать с Владимиром Хотиненко и Андрея Прошкина, и теперь Рауль Пек?

— Самое простое объяснение заключается в том, что это первый раз за проделанную работу, и меня снова пригласили. Рауль Пек не хочет менять людей. Собрал команду и пытается сделать все проекты с одного и того же оператора, композитора, редактора, понимает его, и которым не нужно объяснять все заново. С Владимиром Хотиненко у нас хорошие отношения. Все дело в уверенности. Он считает, что я справлюсь, знаю, что лучше. С ним Proskine, мы друзья, но каждый его фильм-это борьба идей, столкновение между композитором и режиссером. И что получится в итоге — трудно сказать. Является ли полная свобода или диктатура директора — результат непредсказуем.

«В Берлине я никогда не жил. Я живу в самолете»

Группой в международном масштабе. Чувствуешь себя человеком Земли?

— Я человек. А так… мне интересно работать в разных странах и на разных языках. В России я в последние два года немного приглашается на работу в фильме, что я чувствую себя немного странно. И на Берлинском фестивале, три фильма с моей музыкой, а не чисто российский фильм, к сожалению. Кстати, впервые в Берлине были представлены две картины с моим участием еще в 90-х это был фильм отца и сына Тодоровских: «Ретро втроем» в «панораме» и «глухой» в основном конкурсе. Почти двадцать лет назад. Сейчас аналогичная ситуация.

И вы живете в Москве или в Берлине?

В Берлине я никогда не жил. Я живу в самолете. Некоторое время я жил между Москвой и Францией.

— Существует миф о том, что вы поселились в Берлине.

— Это не так. Во Франции, долго жил, и теперь я хочу пойти туда на регулярной основе.

Музыка в фильме не самая важная для вас?

— Сложный вопрос. Я просто пишу музыку, и выступать, играя концерты все время. Написать музыку к фильму. Это две важные вещи, несколько связанных, но не в других. Я занимаюсь музыкой, и в какой форме он приходит к людям, уже не так важно.

— Вы чувствуете в этой ситуации? Вы хотите получить?

— Я надеюсь, что я хочу сделать моя музыка. Пока ситуация в российском производстве грустно. Это копирование американских образцов музыки, вплоть до плагиата.

— Часто отвергать предложения, потому что они непривлекательны?

— Я не могу сказать, что часто, если это может произойти. В России, по тем или иным причинам, сложилось впечатление, что я пишу сложную авангардную музыку, и в то же время, они называют меня минимализм, все это не для народа. А во Франции, наоборот, я считаю, что я-мелодист, и теперь они могут все пишут по-разному.

— На недавней презентации награды «Белый слон», когда мы были вручили награду за лучшую музыку, кто-то крикнул из зала: «где айги? Почему нет?» Использоваться там, где почти всегда свое имя среди номинантов.

— Но у меня нет ни одного российского фильма в прошлом году, и в следующем, скорее всего, не будет. Нечего выдвигать. Американец, но «слоны» и «орлы» за это не будет.

— Чем вы живете сегодня?

— Я не думаю о том, чем живут. У меня много вещей: концерт, нужно что-то писать по заказу или для себя. Трудно сказать, что я живу. Музыка, я думаю.

— Понятно, что работа у вас творческая, но когда ее много, наверное, вырабатывать автоматизм, и хочется чего-то недостижимого?

— Да, более или менее недостижимой. Я хороший. Просто быть интересной, но хотелось бы играть, выступать и писать музыку. Но если это не так, то нечего желать.

В Берлин ехать?

— Иди. У меня есть только костюм не.

Берлин, не Канны. Все демократические.

— Однажды я был на Берлинале.

— Тодоровского?

— Нет, в 90-х было тяжело ездить. Я приехал на фестиваль в 2015 году, когда «Панорама» фильм Рауля пека «Убийство в Пако». Оказалось, в Торонто. «Я не черный», который также участвовал в фестивале в Торонто, и даже получил там награду. Две аудитории призы — и нет других знаменитых работ, «ла-ла-Земля» и наш документальный фильм.

На «Оскар» пойдешь?

— Наверное, если бы я был номинирован, я бы пошел. И назад назначил изображения, я буду наблюдать издалека за ней. У меня была номинация от критики или другой в лет, но вчера я сидела и работала.